ФИЛОСОФИЯ ЧУВСТВА

• Чувства неповторимы (очень важное утверждение, от которого, как мы увидим сейчас, "ответвляются" все остальные…);
• Повторяющаяся часть в чувстве – идея (это – то, как ФЧ начинает решать "Основной вопрос философии": ОБ ИДЕЕ…);
• Противопоставлением идеи и чувства и начинается Философия чувства: как всё-же ФИЛОСОФИЯ (т.е., чтО имеет дело с идеями), но отдающая явное предпочтение чувству (как философия ЧУВСТВА);
• ИДЕЕЦЕНТРИЗМ как противоположное предпочтение мира сего (и связанные с тем формы идео~логической диктатуры: такие как большевизм и фашизм, например; хотя это – лишь наиболее сильный пример, как ИДЕОЛОГ вообще подавляет ПОЭТА…);
• Не понимая совсем ничего в сути художественного и поэтического (не политического!) произведения, идеолог на первых порах допускает его как "украшение идеи" и "развлечение идеей" (её, т.е., "проповедь"); хотя тайною сутью своей, это всегда готовит для идео~логии крах..;

• В силу неповторимости, чувства труднопередаваемы (передаваемость ведь основана на чём-то ОБЩЕМ; чувства же – ЧАСТНЫ…);
• Попытка же (тем не менее) чувство выразить и передать рождает произведение искусства (как своеобразного в том ухищрения и изощрения);
• Философия чувства – искусствоведческая система; при этом она делает ряд утверждений:

• Сам его автор НЕ ЗНАЕТ идеи этой СВОЕГО ЖЕ произведения (впрочем, так оно – и у шамана, и у "медиума", и пророка..; Философия чувства проводит различие между тем и художником или поэтом…);
• Идею эту (художественного произведения) все и всегда понимают различно; и некоторые даже скажут, что "в нём её нет"; тем не менее же, она в нём ЕСТЬ; этим, в частности же, объяснима:
• Вся ВОЛНИТЕЛЬНОСТЬ истинного художественного и поэтического произведения (Высокая эта Идея волнует, хотя её не знает никто);
• В сравнении с тем, идеолог владеет – какою-то низменной, низкой, а иногда же – и грузной, и грязной (от того), и пошлой идеей: которою именно можно "ВЛАДЕТЬ", т.е., быть "ВЫШЕ" её (глядя, "с позиций её", не только на всех остальных "свысока", но и НА ЕЁ-ТО САМУ!); посему, перед нами – типичный пример СОТВОРЕНИЯ КУМИРА, ИДОЛО-ПОКЛОНСТВА (когда "Богом своим" или "Что выше всего" провозглашают что-либо такое, над чем перед этим сами возвышаются, хотя после – "склоняются"…);
• Тем не менее, низменная такая идея, как правило, заслоняет собою – не только Высокую (пародией часто которой является…), но и весь небосвод; не так-то и часто проглядывает "Луч" от Идеи этой через демоническое такое скопление множества её легкодоступных подделок, фальшивых "копий" и назойливых "двойников"..; отсюда следующее утверждение ФЧ:
• Истинное познание идеи возможно (доступно) лишь по моменту течения (её) в момент первой встречи, в живом чувстве данному. (Комментарий:) Без полноты контекста ФЧ (т.е., не выведенное из него, а, напротив тому прямо, вырванное) это утверждение может звучать непонятно; но, вкратце, суть его такова, что лишь встретив первое ощущение чего-то, его надо тут же за~ПЕЧАТлеть (чтобы потом – этим ЖИТЬ): собственно так, и даже ТОЛЬКО ТАК рождается истинное художественное произведение (потом можно … долго "гоняться" и "бегать" за этим первым ощущением, но КАК ТАКОВОГО, его уже больше не будет, зато будет множество назойливых его подделок вокруг, на одну из которых прозевавший его в своё время искатель его, вероятно, и "клюнет"…);
• Собственно … это первое чувство и являло собой ТОТ КОНТЕКСТ, который, как следует понимать, и включает в себя чтО бы ни было ОТ СОТВОРЕНИЯ МИРА, а теперь – и сам человек (это чувство изведавший), и то явление, которое его побудило к тому, оказались, ТЕМ САМЫМ, в него включены, так что он – как Принц бытия; — или, чтО вот уж точно, "Принцесса на горошине"; — может его ПРОДОЛЖАТЬ: в отличие от того состояния, когда он погружён в чувства ложные, суетные (навеянные теми самыми низкими, тёмными, тучными, и идолопоклонно-довольными собой идеями), которые просто отталкиваются друг относительно друга (как шары в биллиарде), и всё, и не имеют причастности к Абсолютным и Сущим истокам всего…

• что в конкретные повседневные чувства (в отличие от отмеченных в самом конце СВЯТЫХ, ЧИСТЫХ чувств) человек погружён как в тюрьму (они же неповторимы, а значит – уже никогда не придут в бытие, исчезнут в не-бытие, с собой унося туда всё, чтО к ним ни примкнуло…), отсюда – необходимость Спасения (специфически-богословский момент);
• как многие в настоящем художественном произведении отрицают существование неизреченной Идеи, которая выше всех приземлённых "идей", так и многие говорят: "Бога нет"…
• так называемые "боги" и идолы – заслоняют всегда Бога истинного, православному же вероучению (о Боге истинном) ещё присуще понятие "прелести", т.е., обольщения лукавыми духами, выдающими себя то за "Бога", а то за "богов": прямая ведь параллель сказанному сейчас о Высокой идее и более низких лукавых её "двойниках"…
• чтобы верить "Первому помыслу" (а не второму, не третьему, не десятому, когда – лукавые духи-клеветники, узнав этот первый, его начинают по-своему извращать…) – прямейшее указание многих "авв", то есть отцов-наставников монахов-отшельников (собственно и посвятивших себя всеразличным видам борьбы с обольщением лукавым)…

• Возьмём, скажем, юмористический "шарж", где непомерно вытянуты уши и носы изображённых на шарже "героев", и спросим себя: а можно ли вытянуть их "ещё" (ну, чтобы "смешнее было", т.е., в соответствие, вроде, идее шаржа); ответ будет: НЕТ, они вытянуты и так уже как возможно, а если "ещё больше" их вытянуть, то будет уже вообще ничего не понять (не говоря о "смешном") (а понимание – всегда идея), ибо это … НАРУШИТ ЗАКОН данного жанра, т.е., насколько вообще этот жанр позволяет "гнаться за идеей" в попытке "настроить эстакаду" (в данном случае, т.е., те самые "уши и носы") для бросания проекций по направлению её…
• "Шарж" – это, конечно же, крайний пример, "экстремальный" вид творчества (дальше которого – и не творчество уже вообще…), но позволяет наметить "границу диапазона", внутри которого жанры позволяют "вытягивать" частности эти значительно меньше; возьмём, скажем, простой карандашный портрет: он ведь тоже отличен от фотографии тем, что … подхватывает определённые "склонности и наклонности Оригинала", и их как-то особо подчёркивает ("развивает"): чтО ведь невозможно увидеть никак на простой фотографии! Т.е., в принципе, карандашный портрет занимается тем же, чтО и шарж, но – значительно меньше, умеренней, "строже"; вопрос: В ЧЁМ ЖЕ "строгость" эта? —
• А вот она именно в том, что … чем меньшие отклонения себе позволяет художник (границами им исповедуемого жанра), тем … БОЛЕЕ ВЫСОКУЮ ИДЕЮ может он так уловить (идея ведь шаржа – достаточно низменна!), хотя и … для этого ему надо будет настроить куда менее ощутимую, и даже – заметную вообще "эстакаду"…
• Естественно, возникает и мысль, что … "минимально", и даже равное ПОЧТИ НУЛЮ "отклонение" это исповедует жанр, и называемый так: Реализм (впрочем, есть и лже-реализм, и "соц-реализм"; не об этом сейчас разговор; главное – что Реализм являет всегда таковую попытку…); а ПОЛНОСТЬЮ оно, кажется, "РАВНО НУЛЮ" – в простой окружающей человека Реальности, или просто – Природе (без всяких таких "искусственных ухищрений искусства"!), вот только … "не все", если мягко сказать, а точнее – ПОЧТИ ЧТО НИКТО не видят за этим такую … сказать с позволения, "Идею", как … Бог! (Оттого человеку – и тут-то нужны ухищрения всегда, чтобы "Бога узреть"…)

Чувства неповторимы, и поэтому труднопередаваемы. И:

• Неповторимы они – потому, что по сути и отражают собой тот контекст, в который человек погружён, ведущийся, как следует по всему понимать, от Сотворения мира, т.е., всё, чтО от сотворения мира ни было, в нём как-бы одно на другое "наслаивается"; — по отношению чего Философия чувства использует такие два образа как «Принцесса на горошине» и «Муха в янтаре»: т.е., как следует понимать, теперь НА ЭТО НАСЛАИВАЮТСЯ и конкретные чувства на данный момент, так что … в принципе, Принц бытия (т.е., как следует понимать, сын Царя Небесного) может прочувствовать любую такую "горошину бытия" (запечатлённую в слоях контекста как "муха в янтаре"…) от Сотворения мира (теперь на~слоив на этот "клубок бытия" – и себя, и свои эти чувства, и т.д., и т.д…).
• Возможность же передавать свои чувства основана всегда на "чём-то похожем": с чем можно их со~измерить и со~отнести, чтобы сослаться на "точно такое же" (или "близкопохожее"…). А для этого – надо всегда рвать Контекст (поскольку в Контексте всё неповторимо в силу вбирания в себя ВСЕГО прежде бывшего и обогащения его чем-то новым…), вырывать прямо с корнем из одного какого-то места и пересаживать в место другое. Т.е., задача прямо обратная той предыдущей. Тем не менее, к этому часто приходится прибегать, поскольку в свои конкретные чувства человек (даже "Принц"!) заключён как в тюрьму (та же "муха в янтаре"…), без возможности вырваться. Попытка же вырваться заставляет пытаться чувство выразить и изречь; отсюда – произведение искусства (откуда и – искусствоведческая система…). И:
  • Это вот обрывание контекста (с "благой", правда, на первый взгляд, целью), в богословском уже измерении, и означает проблему протестантизма; тогда как:
  • Вообще, это ведь и означает (пускай, и в какой-то тому "параллели") задачу Спасения.

• 1. "женская сторона" Философии формы (и потому – всеобъемлющая система…);
• 2. "Обратная перспектива" вообще философии.

• 2. (так как перспектива обратная, то и приступим наоборот:) Разве "вообще философия", философия как таковая – не особого рода культура идей и учение о том, как, ради идеи, надо всем остальным пренебречь? Она же – напротив тому, отдаёт предпочтение чувству, хотя и остаётся при том философией по целому ряду моментов; находит идею с другого конца (нежели тО для философов есть "обычно", "привычно"):

N: ЧтО есть "Философия формы"? Вот у тебя тут на сайте написано: «…всеобъемлющая мировоззренческая система…» («…чтО достигается через нахождение ею термина терминов: о~ПРЕДЕЛЕНИЕ…»)…

Z: Да, было время, я так её пытался определять…

N: А как ты её определяешь теперь?

Z: "Определяю"? Да как её определишь, если она об о~ПРЕДЕЛении (самОм)?

N: То есть, как?..

Z: "Философия ФОРМЫ", а форма – всегда что-то о~ПРЕДЕЛённое, т.е., очерченное пределами. Без предела – нет формы (без предела – один безпредел!). Потому-то её я тогда и осмелился даже назвать "всеобъемлющей".., что, подобно другим таковым (фрейдистскому "подсознательному", марксистскому "классовому интересу", дарвиновскому "естественному отбору", и т.д…), находит какое-то одно очень ёмкое слово, понятие, образ, идею.., о~ПРЕДЕЛяющую в самом деле если и не всё, то очень многое… Что ведь в самом деле способно "о~ПРЕДЕЛить больше о~ПРЕДЕЛения"?! И потому-то – как я говорю, о~ПРЕДЕЛение – это "термин терминов" (кстати, "termin" по-латыни – всё то же: "ПРЕДЕЛ"!), "термин в квадрате", даже … "Чёрный квадрат философии" (по подобию такового Малевича…).

N: Постой; с этим и действительно далеко очень можно зайти… Кстати, теории те – и заходили; но … "Дерево познаваемо по плоду своему"; ты не боишься, что Философия формы принесёт разрушительные плоды, по подобию упомянутых сейчас тобой "всеобъемлющих" как-бы тоже систем?..

Z: Очень даже боюсь; но системы эти: именно ТРЕБОВАЛИ "всеобъемлющести" ("охватить собой всё", тогда как на деле сами таковыми не были…); эта же – просто уже через термин этот всеобъемлюща, вот и всё.

N: То есть … ты хочешь сказать, она – это просто "пассивное созерцание" ("в блаженстве своей Всеобъемлющестью").., в то время как те пытались что-то и (активно) менять?..

Z: "Блаженного" тут, всего прежде, мало, когда … ТАКИЕ КОШМАРЫ кругом! Борьба за линии о~ПРЕДЕЛения ведь сеет одни только ужасы…

N: Какие такие кошмары и ужасы?..

Z: Ну вот, хотя бы: все вОйны – лишь только за линии о~ПРЕДЕЛений!

N: Ты полагаешь, что этим исчерпаны все причины войнЫ?

Z: Этим они (в свою очередь же,) о~ПРЕДЕЛяются! (Это – что называется, о~ПРЕДЕЛяющий фактор в причинах войнЫ…)

N: И … ты хочешь сказать, что все прочие "аргументы к войне", которые при этом выдвигаются, запросто диктуются таким их "о~ПРЕДЕЛяющим фактором" (подобно тому, как в той же теории Фрейда диктуется всё "подсознательным", Маркса – "классовым", и т.д…)?

Z: Может быть, и бывает когда чтО иное, но в большинстве случаев – именно так (во всяком случае, так всегда поступает агрессор, а агрессор – и "задаёт тон" в войне…). В одной из ранних, даже самой ранней версии Философии формы о том было сказано так:

«…Если бы Антанта во всём мире осталась одна, то она вмиг распалась бы на враждебные блоки. Если бы один из тех блоков остался – и он бы распался… …Но если бы вдруг появилась угроза всему человечеству откуда-либо извне (скажем так, "с Марса"…), то оно вминуту бы объединилось: даже посреди самого кровопролитнейшего из сражений Второй Мировой; даже в самую жуткую минуту противостояния "холодной войны"…»

Быть может, "гротескно-юродский пример", но разве не верно? N: Хочется сразу на это сказать, чтО это – "какой-то всеобщий закон"…

Z: Так вот … какой же закон?

N: Ну … скажем так, "всё определяющий"!

Z: По Философии формы всё очень просто ведь: о~ПРЕДЕЛения! Одно – относительно о~ПРЕДЕЛяет другое, отсюда – деление на государства и страны, "народы", взаимно друг друга о~ПРЕДЕЛяющие. Да и – совершенно всё в относительном мире о~ПРЕДЕЛяет так одно другое!

N: Неужели же всё так взаимо-оПРЕДЕЛено; неужели же нет ничего тому вовсе иного … т.е., в смысле прямом, — АБСОЛЮТНОГО, НЕПРЕХОДЯЩЕГО, ВЕЧНОГО и УСТОЙЧИВОГО В БЫТИИ: чтО бы "САМО ПРОСТО БЫЛО", САМО ПО СЕБЕ, вне зависимости от "о~ПРЕДЕЛений" соседствующих ФОРМирований.., к тому же ещё пребывающих в вот такой постоянной "грызне", "толчее" (этим собственно и … о~ПРЕДЕЛяя друг друга)?!

Z: Собственно … это Пилатов вопрос "чтО есть Истина"! В русском языке "ИСТина" происходит от ЕСТЬ (чтО "САМО ПО СЕБЕ ПРОСТО ЕСТЬ", тО и ИСТина…); в греческом же a-lifeia – в прямом смысле "чтО не бежит", т.е., как сейчас и сказал ты, "устойчивое"… А то – понимаешь, бежит и бежит перед глазами вся жизнь точно серая киноплёнка … … …

N: Постой; о "серой киноплёнке" я вроде бы как раз читал у тебя в Философии чувства:

«…чтО же ты называешь "идеей"? Z: Что в чувствах вообще узревается, видится… Само это слово: "идея" (idew) и происходит от "вижу", "смотрю"… N: Что ж в них может "видеться"? Z: Только устойчивое: что не бежит [кстати, по-гречески "ИСТИНА" – a~lifeia, что буквально и переводится как "не бежит"!..], не меняется постоянно, но … если как-то и движется, формирует перед глазами (точней сказать, мысленным взором души) устойчивый образ. N: Это как "в телевизоре"? Z: Скорее, в изломанном телевизоре "кадры" – на~глядный (нагляднейший даже!) пример того восприятия вещей, где чувства вообще не фиксируются, или – плохо фиксируются, а вся жизнь и весь мир – безконечно бегущая киноплёнка… N: Что же это за восприятие вещей? Z: То, которое можно найти у слабоумных людей или, скажем, животных. Несмысленное животное – оттого и несмысленное, что не видит СМЫСЛА, хоть и чувствует окружающий мир в чём-то как и человек, не называет при этом свои эти чувства по имени, поскольку – не знает и слов, которые суть не что-то ещё как имена идей … … …»

Но тогда … и остаётся-то только сказать, что тот мир, где и нет ничего в этом плане УСТОЙЧИВОГО – настоящего рода безумие!

Z: Именно это и говорит Философия формы; можно даже сказать, что кричит; вот как начинается даже одна из её новых версий:

Философия формы как крик о творящемся безпределе:

Философия формы – не столько даже философия, сколько … крик от творящегося безпредела. В самом деле: все формы (формирования) вокруг создаются путём вы~ГОРаЖивания пространства себе через расталкивание друг друга локтями; и не только локтями, очень часто эти столкновения приобретают куда более зубастый и хищничий оборот, как "стенка на стенку", и с применением любого имеющегося оружия; я вот, например, вырос в атмосфере противостояния двух "сверхдержав", грозившихся в деле этом применить сверх-оружие, да вот … достижение и тут известного рода ПРЕДЕЛА (с заглядыванием через него в очередной за~предел, без~предел…) не позволяло такое Оружие применить "просто для междуусобного о~ПРЕДЕЛения"…